Вован и братва против лорда Волдеморта (часть 2)

24-12-2010,

— Авада Кедавра! – сказал Снейп, направляя палочку на Вована.

— Протего! – сказал Рон. Джинни что-то пробормотала про себя и в Снейпа ударила здоровая летучая мышь.

— Падла! – охарактеризовал Снейпа Вован. Его пистолет тоже сказал пару слов, и они были самым весомыми – потеряв палочку и, поняв, что ловить тут больше нечего, Снейп сбежал.

— Че за херня? – возмутился, наконец, Вован.

— Я объясню вам это, как только разберусь сам, — раздался спокойный голос за спиной Вована. Тот обернулся и увидел, как Дамблдор спускается с винтовой лестницы, а его бережно поддерживает Гарри Поттер.

— Будут еще гости, или это все? – поинтересовался Вован, пряча пистолет.

— Я полагаю, что все, — ответил Дамблдор, — однако не мешает проверить другие помещения. Вован снова достал пистолет и открыл дверь. За дверью никого не оказалось, все Пожиратели смерти, участвовавшие в нападении на замок сбежали, в том числе, Северус Снейп и Драко Малфой. Пожиратели смерти потеряли в этой вылазке шестерых своих товарищей, пять из которых убил Вован, а шестого настигло срикошетившее проклятье. Со стороны защитников замка серьезно пострадал только Билл Уизли, на которого напал Грейбэк, около комнаты с винтовой лестницей. Остальные отделались синяками и легким испугом. Большую роль сыграл в этом деле флакончик зелья удачи, который Гарри Поттер отдал своим друзьям перед тем, как отправиться с Дамблдором за крестражем Волдеморта. А еще Гарри Поттер праздновал свою правоту – Малфой таки оказался Пожирателем смерти, во что долго и упорно никто не верил. А заодно и Снейп переметнулся на сторону врага. Единственный человек, которого все это нисколько не волновало, был Вован. Сразу после окончания битвы он ушел к себе в комнату почистил и зарядил пистолет, тщательно запер дверь и совершенно спокойно улегся спать. Обладая весьма слабым воображением, Вован, никогда особо не переживал по поводу людей, которых он отправил в мир иной. Тем более, что Дамблдор заверил его, что ему за эти убийства ничего не будет, а то, может, еще и наградят. Насчет последнего Вован сильно сомневался, но ему, честно говоря, было все равно. Дамблдор же пообещал назавтра рассказать Вовану все детали этой истории, из-за которой ему пришлось принять бой. Таким образом, совершенно успокоенный, Вован лег спать и проспал восемь часов богатырским сном.

 

Утром Вован проснулся с традиционно больной головой. Нагрев своим лбом пистолет до точки кипения воды он все-таки заставил себя встать и, придерживая тело за стенку, пойти на кухню. На кухне его все также встретила ватага домовых эльфов и Вован, который уже почти забыл о них, снова вздрогнул, на мгновенье, ощутив безумное дыхание белой горячки. Эльфы уже все прекрасно поняли, и без лишних напоминаний притащили вожделенный рассол.

— И Жорику оставьте, — приказал Вован, который, к слову сказать, по неизвестным науке причинам, стал называть Хагрида Жориком, и ни в какую не хотел признавать за ним его родное имя. Впрочем, Хагрид почему-то прощал своему жестокому другу такое вольное обращение. Видно для Хагрида Вован был нечто вроде разновидности разумного монстра, чье внешнее сходство с человеком, скорее случайность, чем закономерность. В любом случае, получив от домовиков обещание, напоить Хагрида — Жорика рассолом, Вован вспомнил про обещание Дамблдора. Несмотря на то, что Вовану было, в общем-то, безразлично кого и за что убивать, он все же был не совсем лишен любопытства. Посему он пошел искать Дамблдора. И начал он, по установившейся традиции, с Большого зала. На этот раз Вовану повезло – Дамблдор был там и все еще завтракал.

— Здорово, братан, — поприветствовал его Вован.

— Здравствуйте, Вован, — вежливо наклонил голову Дамблдор. – Я полагаю, вы хотите получить некоторые ответы на свои вопросы? – и, не дожидаясь реакции Вована продолжил: – Что же, теперь я вполне готов их дать. – Если, конечно у вас нет каких-нибудь иных планов. В тоне Дамблдора был вопрос, и после некоторой паузы Вован это осознал.

— Базара нет, давай щас тереть, — по-своему согласился он. Сидевшая радом профессор Макгоннагол сердито нахмурилась, ей все время казалось, что Вован не выказывает Дамблдору должного почтения, а еще ее сильно удивляло, что директор явно понимает причудливый английский этого пришельца. Впрочем, недовольство ее осталось невысказанным и даже никак не обозначенным, потому что, во-первых, не хотелось получить кулаком в репу, а во-вторых, она поняла, что Дамблдор что-то задумал, что Дамблдор отвел Вовану какое-то место в своих планах, увидел под грубыми манерами Вована что-то такое, что можно было бы использовать. Что бы это могло быть, не знал никто, Дамблдор по своему обыкновению ни с кем не делился, но с Вованом обращался очень вежливо, что бы тот ни совершил.

Дамблдор быстро закруглил свой завтрак, и повел Вована в свой кабинет.

— Итак, — благожелательно глядя на Вована, произнес Дамблдор, — я готов отвечать на ваши вопросы. И Вован не заставил себя ждать.

— Че за козлы были, которых я вчера мочил? – И почему мне за них ничё не будет? – трудно, пожалуй, сказать какой из вопросов волновал Вована больше, первый был скорее теоретический, а второй имел чисто практический смысл. Некоторое время Дамблдор сидел, соединив по своему обыкновению кончики пальцев, и глядя через эту конструкцию в пространство. Вован ему не мешал, чувствовал, что объяснение предстоит долгое, как на толковище.

— Что же, — очнулся, наконец, Дамблдор, — пожалуй, будет лучше, если я расскажу историю целиком. – Около двадцати лет назад, в нашем волшебном сообществе появился очень одаренный волшебник. И очень темный. Он учился здесь, в этой школе, в Хогвартсе. Очень одаренный юноша. И он очень сильно интересовался темными искусствами, в которых немало преуспел. Потом он набрал себе армию последователей и принялся завоевывать власть. Потом он попал в серьезные неприятности, почти умер, и пятнадцать лет о нем ничего не было слышно. И вот, в позапрошлом году он вернулся. Теперь он стал сильнее прежнего и всерьез угрожает всему сообществу волшебников, а заодно и вашему миру также. Дамблдор посмотрел Вовану прямо в глаза. Вован был задумчив. Он даже положил пятерню на свой затылок и принялся скрести репу. Как и обычно, почесывание репы простимулировало умственную деятельность Вована и он стал уточнять детали.

— Сходняк по нему был? – это, с точки зрения Вована был самый важный вопрос.

— С ним трудно поговорить, — вздохнул Дамблдор, — он скрывается.

— Этот козел на толковище не явился? – в понимании Вована такое действие было равносильно самоубийству. – Валить надо тварь дикую! – люди подобного склада решают вопросы быстро и просто. Вован даже снова сломал многострадальный подлокотник, очевидно вспомнив что-то свое.

— Его не так просто… завалить, — было совершенно непостижимо, откуда Дамблдор понимает русский бандитский жаргон, но, тем не менее, он понимал.

— Он че, Кащей Бессмертный? – хмыкнул Вован. – Кило тротила в тачку и все дела.

— К сожалению, волшебники, как правило, не используют автомобильный транспорт, — вздохнул Дамблдор. – И, кроме того, он не один, у него есть куча последователей среди волшебников и иных волшебных существ.

— Че? – сказанное явно выходило за рамки понимания Вована. – У этого беспредельщика даже тачки нет?

— Волшебники не пользуются «тачками», — чуть менее терпеливо ответил Дамблдор.

— Ну ладно, и сколько у него в бригаде человек?

— Человек пятьдесят-сто, а еще кроме людей с ним сотрудничают великаны, дементоры, инферналы, оборотни, — перечислил Дамблдор.

— Это че за ботва? – у Вована голова пошла кругом от всех этих сложностей.

— Великаны – это просто большие люди, ростом метров семь-восемь, но не очень умные, — начал объяснять Дамблдор.

— Это как семь метров? – Вован аж офигел.

— Это волшебные существа, — вздохнул Дамблдор, — просто поверьте, что они существуют.

— Ок, — сказал Вован и стал думать, как убить таких больших дядек.

— Дементоры – это тоже волшебные сущности, не имеют плотного тела, питаются радостными эмоциями и воспоминаниями.

— А как вы их валите? – заинтересовался Вован. «Волшебные сущности, не имеющие плотного тела» звучало для него, как китайская грамота, а вот, в разрезе мочилова, он вполне был способен обсуждать все, что угодно. И, похоже, Дамблдор это понял.

— Мы не умеем их убивать, — снова нашел повод для грустного вздоха Дамблдор, мы можем лишь отгонять их.

— Это у вас реально, непонятка вышла, — осклабился Вован, — ладно, умников напрягу, пусть пашут.

— Инферналы – это ожившие покойники, с ними все просто, нужно убить волшебника, который их призвал, и они снова успокоятся, — продолжил Дамблдор. – Ну, а с оборотнем, вы и сами вчера справились, и не мне вас учить.

— Ладно, про всяких чудищ я понял, — сказал Вован, — а ты мне братишка скажи, чё эти козлы беспредельные в твоей школе вчера искали?

— Меня, я полагаю, — усмехнулся Дамблдор. – Дело в том, что великий, темный волшебник, кстати, его зовут Волдеморт, опасается только меня. — Остальных волшебников он считает не ровней себе, а меня уважает. — И избегает встречи со мной. Дамблдор грустно улыбнулся.

— То есть вчера, эти козлы пришли в твою школу, чтобы завалить тебя? – Вован ушам своим не верил. – Да это, в натуре, беспредел! Он даже поднялся с кресла и подошел к окну. Постоял так минут несколько, а потом вернулся на свое место.

— Значит, ты хочешь, чтобы я за тебя вписался и падлу беспредельную завалил, так? – Вован любил, когда все точки были расставлены там, где надо.

— Я полагаю, что это избавит нас от очень больших жертв, поскольку совершенно не уверен в том, что кто-либо из волшебного сообщества может справиться с Волдемортом.

— Вот оно как, — протянул Вован.

— У нас есть один мальчик, он учится в этой школе, который мог бы это сделать, но он пока слишком юн и не слишком умел для такой схватки. – Ему нужна помощь.

— Короче, — Вован решил говорить совсем конкретно. – Я вызываю сюда бригаду, забиваю стрелку вашему козлу и валю его. – Так?

— Можно выразить это и таким способом, — улыбнулся Дамблдор.

— А че мне за это будет? – вот чего-чего, а Вован свою выгоду везде поиметь старался.

— А чего бы вы хотели?

— А что вы можете предложить? – За бабло впариваться не хочу, если только за очень большое… — Вовану нужно было подумать, проницательный Дамблдор это сразу же понял.

— Хорошо, вы подумайте, а как будете готовы, сообщите мне. – А теперь прошу меня простить, масса дел, — Дамблдор поднялся. Вован кивнул, и, поскольку ему самому требовалась пауза, возражать не стал, а просто пошел к себе подумать, что бы такого попросить у волшебников в награду за голову лорда Волдеморта. Обычно, когда Вовану требовалось крепко подумать, он искал компанию, в которой, за бутылкой самогонки, болтал о том, о сем, никак не связанном с делом. И за этой болтовней, вызревало решение. Дело, о котором задумался Вован, было непростое, тут надо было не продешевить. Как уже бывало и раньше Вована понесло к Хагриду. В отличие от первого раза Хагриду было намного лучше – он уже успел принять внутрь рассольчику, принесенного домовыми эльфами и теперь пребывал в настроении весьма благодушном, если не считать того, что он весьма смутно помнил вчерашний вечер. Увидев Вована с неизменной двух с половиной литровой бутылью самогона, Хагрид ощутил позыв немедленно скрыться и больше никогда с Вованом не встречаться. Но к тому момента, когда сия здравая мысль посетила голову Хагрида, Вован уже подошел, и тому стало как-то неудобно так сразу уходить. Потом они с Вованом пошли в хижину Хагрида. Там они сели за стол.

— Не хочешь, не пей, — обнадежил Вован Хагрида, — мне больше достанется. Хагрид содрогнулся, представив себе, что будет, если Вован усосет всю бутыль. Несмотря на то, что Хагрид был, хоть и не высокого полета, но все же волшебник, ему это представить не удалось.

— Лучше вон, закусь сообрази, — велел ему Вован. Хагрид же был согласен на все, только бы не пить больше с Вованом. Он достал хлеба, зеленого луку и кусок копченого мяса. Вован взял стакан, налил до краев, выпил весь, смачно закусил и завел разговор с Хагридом о драконах: насколько они большие, поддаются ли дрессировке, чего едят, трудно ли достать и так далее. Между делом коварный Вован налил и второй стакан, и Хагрид, забывшись в пылу разговора, выпил его. А, как известно всем пьющим людям, там, где один стакан там и два. А где два там и три… Короче Вовану удалось в очередной раз напоить Хагрида. Вечер закончился тоже вполне предсказуемо: песни про Афган и шатание по территории в обнимку. Но было и отличие, взгляд Вована случайно упал на Запретный лес.

— А там че? – спросил он Хагрида.

— Не надо туда ходить, — ответил враз присмиревший Хагрид.

— А че такое? – стал подтрунивать над ним Вован. – Меньжуешь, падла? – он ткнул Хагрида пудовым кулаком под ребра. Стоит ли говорить, что они поперлись в Запретный лес, напоролись там на кентавров и Вован вволю потешился рукопашным боем. Правда один из кентавров весьма чувствительно ударил Вована копытом, но он весьма слабо отреагировал на это и отколошматил лошадок по полной программе. Наблюдая этот процесс, Хагрид совсем протрезвел, а тут еще один из кентавров напал и ударил по голове. Хагрид почти потерял сознание, и Вовану пришлось тащить его обратно. И только когда за кустами показались еще пятеро кентавров с луками, Вован решил отступить. А чтобы отступление не походило на бегство, он вытащил пистолет и стал им размахивать.

— Всех положу, казлы! – орал Вован, уволакивая Хагрида через кусты. Один раз он даже выстрелил, когда ему показалось, что кентавры собираются преследовать его. Правда, ни в кого не попал, иначе, не выйти бы им с Хагридом из леса той ночью. Дотащив Хагрида до многострадальной тыквы, Вован бережно сгрузил его и набросил сверху какую-то тряпку, валявшуюся рядом, а сам отправился спать к себе. Поскольку теперь Вован был четко информирован о том, где находится его комната, то Большой зал обошелся без дорогого гостя.

Утром Вован проснулся с тяжелой головой, но тут же вылечился, благодаря стратегическому запасу рассола, которым его стали снабжать домовые эльфы, поняв всю важность данного продукта для Вована. Похмелившись, Вован обнаружил готовое решение вчерашнего вопроса у себя в голове. Он решил, что с парнями он расплатится долларами и евро, а вот себе потребует волшебной оплаты. Себе он возьмет то, чего нельзя купить простому смертному ни за какие деньги.

— Я хочу дракона, домового эльфа, волшебную палочку и обучение как ей пользоваться, — перечислял Вован Дамблдору часом позже.

— Я полагаю, что это можно будет устроить, — спокойно ответил Дамблдор. — С драконом только вот могут возникнуть проблемы.

— Это твои проблемы, доставай хоть из-под земли, — Вован равнодушно посмотрел на директора. – Я козла валю, а ты дракона достаешь.

— Я достану дракона, но проблемы могут быть на вашей стороне, — пояснил Дамблдор. – Это существо большой волшебной силы, с ним надо уметь обращаться, а то не миновать беды.

— Я вам человечка зашлю, научите его, — Вован предпочитал простые решения.

— Еще, никто не должен знать о нашем сообществе, — продолжал говорить Дамблдор, поэтому волшебную палочку не должен видеть никто из посторонних, а если такое случится, то нужно придумать какое-то объяснение, откуда это и как работает.

— Не парься, отмазка будет, — Вован вовсе не находил это важным.

— Полагаю, что кто-нибудь из домовых эльфов согласится сменить место жительства, — продолжал Дамблдор. – Что касается обучения, то я берусь научить вас всему необходимому в магии. – Ну, и, кроме того, вы в любом случае получите орден Мерлина первой степени, всеобщее уважение и почетное гражданство, а также солидный счет в банке Гринготтс. – И всегда будете желанным гостем здесь и в любом месте, где живут волшебники.

— Ладно, пусть будет так. Вован поднялся, протянул руку Дамблдору, который также встал, и они скрепили договор рукопожатием.

Выйдя во двор, Вован обнаружил свой Хаммер в полной исправности, и готовый тронуться в путь.

 

Следующие несколько недель Вован был крайне занят. Он съездил в Россию и собрал бригаду. Он выяснил каналы поставки оружия в Великобритании. Он нашел одного безумного физика, который согласился поехать в Англию и построить пушку, которая убивала бы дементоров. Физик занялся проблемой сразу же по приезде под контролем Дамблдора и пару месяцев почти не спал, конструируя свою пушку. Стоимость проекта была такова, что Вован даже задумался о целесообразности всей затеи. Но слово было дано и надо было выполнять обязательства. Вован рассудил, что после победы, он сможет потребовать больше денег и всяких магических штук, а то и вовсе продать пушку министерству магии. Как ни странно, но физику удалось построить нечто, что потом испытывал отряд авроров – членов Ордена Феникса. И испытания прошли успешно – попадая в поле действия луча, дементор, как бы лопался, и атака прекращалась. Поскольку это происходило весьма быстро, то было очевидно, что дементор и правда прекращал существование. Физик со своей стороны брался неопровержимо доказать, что так оно и есть. По крайней мере, это удовлетворило и Дамблдора и Вована. Параллельно со всем этим Дамблдор и Гарри Поттер напряженно искали оставшиеся крестражи. Однако поиски продвигались не очень-то успешно и к тому моменту, когда в Хогвартсе снова появился Вован и заявил что у него все готово, у Дамблдора только забрезжила догадка, где может находиться один из крестражей. В любом случае, поскольку отряд зачистки был уже готов, следовало найти самого лорда Волдеморта. Вован же предложил совсем простой путь – оставить Волдеморту сообщение, в котором будет сказано, где и когда состоится стрелка. Заодно можно подписать это послание именем и Дамблдора и Гарри Поттера.

— Тогда, придется вам пойти, — хмуро ответил Вован на такое предложение. – И пацану тоже, чтобы все по понятиям было. Дамблдор улыбнулся.

— Что касается меня, то я в любом случае там буду, — просто ответил он. – А Гарри никто не удержит – он хочет отомстить за смерть родителей.

— Тогда пишите, — решил Вован. – Пора этому Кащею уже за беспредел отвечать.

В сущности, с тем, чтобы сообщить Волдеморту о стрелке, поступили просто: напечатали ругань Вована в его адрес и предложение встретиться в любом месте, которое Волдеморт назначит, и устроить там «толковище». Реакция Волдеморта не заставила себя ждать. Как и предполагалось, великий темный маг был взбешен, что какой-то вшивый магл смеет вызывать его на бой. ЕГО! Самого великого и ужасного темного волшебника всех времен и народов со времен Салазара Слизерина! Он предоставил ответ в своей традиционной манере: написав кровью на стене дома убитой жертвы. Впрочем, Вован, увидев эту надпись, только покачал головой – зрелища такого рода давно перестали трогать его. Вован и не такое видел и в Афгане и в Москве.

— Даа, — сказал он только, увидев надпись, — парень и, правда, с головой не в ладах. – Такого только в расход.

Но, несмотря на отталкивающую форму сообщения, оно очень точно и подробно отвечало на вопрос – когда и где. Совершенно не проявив никакой оригинальности, Волдеморт назначил стрелку в полночь, в поле близ кладбища деревни Малый Висельтон. Именно там, где был похоронен его отец. Вована же это все несильно интересовало, он отправился провести рекогносцировку. Волдеморт, то ли в силу своей мании величия, то ли от отсутствия опыта назначил слишком большой промежуток времени до стрелки, что дало возможность Вовану и компании как следует подготовиться. Впрочем, Волдеморт тоже не сидел, сложа руки. Дамблдор даже выдвинул версию, что Волдеморт решил начать наступление на министерство магии именно с этой стрелки и разгрома бригады Вована.

— Пусть попробует, — лениво хмыкнул Вован. Это была его единственная реакция на предупреждения Дамблдора и других людей, ранее сталкивавшихся с Пожирателями смерти. Дамблдор не очень понимал, каким способом Вован собирается разгромить армию Волдеморта, поэтому сделал еще одну попытку донести серьезность ситуации до Вована.

— У Волдеморта очень сильная способность подчинять себе других людей, это такая магия, против которой…

— Братишка, — прервал его Вован, — в том-то и дело что у него просто не останется времени ни для какой магии.

— Хорошо, — наконец, сдался Дамблдор, — я вижу, вы знаете, что делаете.

— Все будет пучком, не ссы братишка! – Вован развеселился. Все же Дамблдор внушал ему некий авторитет, причем сам Вован так и не понял почему. Теперь же он почувствовал известное превосходство над старым волшебником, пусть только и в одной области, а все же Вовану было приятно.

Как ни много времени отводится на подготовку, все же оно кончается и наступает время «С». Время, когда смерть вступает в свои права и пожинает обильную жатву. Стрелка на которую собрался Вован и половина министерства никак не могла закончится мирно, собственно на это не рассчитывал никто, даже миролюбивый Дамблдор. Расстановка сил была сформирована в результате многочасового обсуждения, которое закончилось тем, что Вован и его бригада будет атаковать с фронта, а представители министерства будут контролировать ситуацию и вмешаются, если что-то пойдет не так, до той поры, будучи невидимыми и неслышимыми. Сам Дамблдор и весь орден Феникса, плюс близнецы Уизли, а также Рон и Гермиона должны были присоединиться к отряду авроров. Гарри Поттер по странным для волшебников условиям стрелки, должен был встать плечом к плечу с Вованом, и лицом к Волдеморту.

Так оно и произошло. В назначенный час Вован с бригадой, а также куча невидимых авроров были на местах. Перед тем, как идти к месту встречи, Вован отозвал Гарри Поттера в сторонку и протянул ему какой-то темный тяжелый предмет.

— Одень, — коротко приказал Вован. Развернув сверток, Гарри увидел что-то вроде жилета, только очень тяжелого и негнущегося.

— Что это? – холодно спросил он.

— Это, бронежилет, братан, — пояснил Вован, — защищает от шальной пули.

— Вряд ли это спасет от Авада Кедавра, — пожал плечами подросток.

— Я сказал – одевай! – Вован разозлился, какой-то молокосос еще спорит за пять минут до стрелки. – Тут будут не только проклятья летать, — добавил он. – Лично я – одел, — Вован распахнул красный пиджак и под ним обнаружился такой же жилет. После этого Гарри запоздало вспомнил слова Дамблдора: «Слушайся Вована, Гарри, это не обычная встреча волшебников, это бой по его правилам. Ему лучше знать, что и как делать». Поэтому Гарри быстренько натянул бронежилет под мантию и пошел вслед за Вованом. Вован же миновав длинный ряд Хаммеров, выстроившихся в цепь, между которыми прятались люди, отошел метров на десять и стал ждать. Рядом с ним остановился и Гарри. Впрочем, ждать им пришлось недолго: почти сразу, откуда не возьмись, появились волшебники. Видимо они переместились при помощи множества порталов. Так или иначе, они подражая воинству Вована выстроились в цепь, метрах в двадцати от Хаммеров. От цепи отделился один волшебник и подошел к Вовану с Гарри. Это был, как нетрудно догадаться, сам Волдеморт. Он не стал выглядеть как-то иначе со времени последней встречи с Гарри, но в данный момент от него исходила осязаемая волна холодной ярости. Он смерил Вована презрительным взглядом, потом перевел его на Гарри.

— Я вижу Поттер, ты настолько отчаялся отомстить, что стал искать помощи у маглов? – в его устах эта фраза прозвучала как удар хлыста.

— Сегодня ты умрешь! – Гарри нашел в себе силы посмотреть прямо в глаза Темному Лорду и твердо выдержать его взгляд. Волдеморт усмехнулся и снова обратился к Вовану.

— Ты хотел меня видеть? – Я здесь! – Или ты от страха проглотил свой язык, — Волдеморт, казалось, издевается над своим врагом, перед тем, как нанести смертельный удар. На самом деле он пытался прощупать Вована, ведь, как известно, Темный Лорд самый лучший в мире легилементор. Но, как ни странно, мысли Вована остались для него загадкой. Возможно, потому что Вован думал на русском, возможно, и это намного вероятнее, Вован просто ни о чем в тот момент не думал. Он просто ждал. Все же понятия требовали, чтобы Вован что-то сказал перед мочиловом.

— Я Вован Чиста Прудный, — начал он официальным тоном, — вписался за этого пацана и предъявляю тебе обвинение в беспределе. – Зачем ребенка сиротой оставил? – вопросил Вован Волдеморта. Тот расхохотался и этот холодный, безжалостный смех вызвал такой острый приступ ненависти у Гарри, что он чуть не потерял сознание.

— Я убью еще тысячи людей, многих из них сегодня ночью, — вкрадчиво произнес Волдеморт, отсмеявшись. – И начну, пожалуй, с тебя, — он ткнул пальцем в Вована. – Разве что, ты присягнешь мне на верность, и тогда я сохраню твою жалкую жизнь. Вот, как раз этого Вован и ждал. Он негромко произнес, наклонив голову к воротнику пиджака: «Карачун», а потом сделал весьма неожиданную вещь: повалился сначала на колени перед Волдемортом, а потом и вовсе навзничь. И Гарри с собой на землю утащил. И вовремя. Как только тело Вован коснулось земли, зажглись 50 армейских прожекторов, установленных на Хаммерах. Мощность самих прожекторов измерялась сотнями киловатт, а вспышка длилась полсекунды. Этого хватило, чтобы все Пожиратели смерти на какое-то время ослепли, причем некоторые из них навсегда. Все поле вокруг залил океан света, даже закрытым глазам было больно, что уж говорить о тех, кто смотрел в ту сторону, прямо на них. Но это была только первая сцена смертельной пьесы. Вырубив прожекторы, каждый из полусотни бойцов швырнул по темному округлому предмету, в которых любой магл узнал бы гранату, а специалист по военной технике уточнил бы, что это противопехотная граната Ф1, в просторечии «лимонка». Волшебники, не привыкшие к магловскому способу ведения войны, даже не догадались лечь, между тем, прямо им под ноги сыпались «лимонки». Через пять секунд после выключения прожекторов прогремел последний взрыв. Еще три секунды никто не вставал, а потом бригада встала и пошла в атаку. Но атаковать было некого: единственный выживший волшебник был Волдеморт, который смог трансгрессировать на 10 метров назад, а теперь пытался встать, все еще ничего не видя вокруг. Кругом валялись его верные последователи, теперь некоторые были мертвы, некоторые умирали. Однако битва только начиналась, и, хотя Волдеморт почти лишился зрения, он все же смог направить на бригаду Вована великанов. Редкая цепь огромных людей, шла в сторону поля боя, и земля дрожала под их ногами. Если по пути им мешали деревья, они вырывали их с корнем. Их было человек двадцать и, услышав, что они подошли, Волдеморт снова рассмеялся своим неприятным смехом. Судя по всему, он решил, что теперь маглам конец. Но не тут-то было. Вован, который уже переместился под защиту бронированных джипов, отдал короткую команду и бойцы успели не спеша подготовиться к приходу больших парней. А подготовились они просто – достали противотанковые гранатометы. Двадцать великанов, двадцать выстрелов, двадцать огромных трупов. После этого Волдеморт уже не смеялся. Он натравил на бригаду дементоров, но тут вперед выехал один открытый джип с установленной на турели странной конструкцией. Дамблдор, который наблюдал сражение с ближайшего холма, сразу узнал ту самую пушку, которую сделал безумный русский физик. Дементоры, очевидно, тоже ничего не знали о тактике воздушного боя, потому сузили фронт и снижались, как стая ворон. Два залпа из пушки и в Британии больше не осталось ни одного дементора. Тогда Волдеморт, который уже почувствовал приближающийся страх, вынул палочку и захотел натравить на воинство Вована инферналов – недаром он выбрал местом встречи кладбище. Он взмахнул палочкой, указал на ограду кладбища, и… Ничего не произошло. Дело в том, что пока Волдеморт восстанавливал зрение, а потом увлеченно следил за расстрелом великанов, на сцену вышел еще один участник, о котором Вован не предупреждал никого. Сам этот участник предпочитал называть себя Фомой Питерским. Но любой человек, даже видевший Фому первый раз сходу интуитивно угадывал его кличку – Горлум. Все объяснялось просто – Фома был невысок ростом, с жиденькими серыми волосами, глазами навыкате и имел самый натуральный горб, что делало его почти карликом. Портрет дополнялся непропорционально длинными руками, оканчивающимися длинными полупрозрачными пальцами. При всех своих внешних недостатках, Фома был совершенен. Он был совершенным вором-карманником. Настолько, что Копперфильду стоило бы удавиться от зависти, узнай он о его существовании. Ко всему прочему интеллектом Фома не блистал, а потому заметить его приближение было весьма сложно, увлеченному кровавым побоищем, Волдеморту. Так что Фома справился со своим заданием очень просто и качественно – попросту упер у Темного Лорда волшебную палочку и подменил ее муляжом без всякой волшебной силы. Когда Волдеморт увидел, что палочка не работает, и дал себе труд взглянуть на нее, то до него дошел весь ужас его положения: Пожиратели смерти мертвы, великаны разорваны на части, дементоры… черт знает теперь, что эти маглы сделали с дементорами! А инферналов он не сможет поднять без палочки. Следующей дельной мыслью было то, что без палочки он не сможет сделать вообще ничего. Ни убить, ни защититься, ни просто уйти от своих врагов. Последней вспышкой надежды было появление Нагайны – любимой змеи Волдеморта. Но ее, совершенно спокойно, расстрелял из своего огромного пистолета, Вован. Потом зарядил новый магазин и хмуро посмотрел на бывшего величайшего волшебника.

— Вот так, фраерок, нет у тебя больше бригады. Потом положил руку на плечо Гарри. – Ты хотел убить этого козла. – Убивай и пошли отсюда. Гарри стоял, молча теребил палочку, а потом покачал головой.

— Хоть он и убил моих родителей, но я не могу убивать безоружного, — отказался Гарри исполнить мечту всей своей жизни. Потом повернулся и медленно побрел к джипам. Волдеморт ухмыльнулся.

— Правильный пацан, — оценил Вован. – Ну, а я нет. Он поднял пистолет и сделал два выстрела, прострелив Волдеморту оба колена. Тут же прямо из воздуха материализовались Дамблдор и другие волшебники.

— Что вы делаете, давайте возьмем его живым, это ведь такая удача! – прокричал Руфус Скримджер, министр магии. Вован опустил пистолет и пожал плечами.

— Это чтобы не убежал далеко, — хмыкнул он в свое оправдание.

 

                                                               Эпилог.

Волдеморта взяли живьем, и теперь будут судить! Такой сенсации не знали еще никогда в истории волшебного мира. «Ежедневный пророк» печатал дополнительные тиражи, и все равно газету сметали с прилавков, как только она там появлялась. Радость и возбуждение воцарились вокруг, после многих лет давящей угрозы было очень здорово просто радоваться и знать, что никто больше не угрожает ни тебе, ни твоим близким. Гарри Поттер чувствовал себя немного не в своей тарелке – впервые его имя не упоминали рядом с именем Волдеморта, а вовсю превозносили Вована и его бригаду. Сам Вован держался скромно, как и подобает реальному пацану. Впрочем, Гарри не жалел, что так получилось.

— Я только одного не понимаю, сэр, — спросил он потом у Дамблдора, — но ведь получается, что пророчество не сбылось?

— Я же говорил тебе, Гарри, — улыбнулся Дамблдор, — не все пророчества сбываются. – И, слава богу! – Теперь тебе придется найти новый смысл жизни, — серьезно сказал Дамблдор. – Твоя месть совершилась, пусть и не так, как ты предполагал.

-Но ведь я ничего не сделал! – воскликнул Гарри.

— Ты приближал этот день изо всех сил, и, кроме того, ты был на переднем крае в последней битве, это уже больше чем сделал, например я, — Дамблдор улыбнулся мудрой улыбкой, и на душе у Гарри посветлело.

— Мне кажется, я уже нашел новый смысл своей жизни, сэр, — ответил Гарри, и перед ним встал образ Джинни. И Дамблдор, как всегда, понял тайную суть этих слов.

— Иди, Гарри, тебе нужно научиться быть счастливым.

— Я уже счастлив, сэр, — ответил Гарри уже от двери.

Волдеморта судили и приговорили к пожизненному заключению в Азкабане. Кстати, людям Скримджера удалось найти пару выживших дементоров, которые восприняли мысль о том, что при малейшем неповиновении, их просто уничтожат из чудо-пушки, которую Вован продал министерству за двойную цену, и согласились стеречь Темного Лорда. Перед судом несколько волшебников, во главе с Дамблдором, допросили Волдеморта насчет оставшихся крестражей, и тот, ослабленный присутствием дементоров, не выдержал допроса пятерых легилементоров и раскололся. Крестражи были найдены, доставлены в министерство и торжественно уничтожены. Однако, несмотря на охрану дементоров, Волдеморту удалось все-таки сбежать, спустя почти год, который он просидел в тюрьме. Вопреки ожиданиям, Волдеморт отправился убивать не Гарри Поттера, и не Дамблдора, он совершил последнюю ошибку в своей жизни и поехал в Россию, разыскивать Вована. Ему удалось добраться до Подмосковья, где карманники утащили у него волшебную палочку. Пытаясь вернуть себе единственную надежду и оружие в одном флаконе, Волдеморт по неосторожности забрел в лес, и наткнулся там на укуренных толкиенистов. Приняв Волдеморта за новое воплощение Саурона, они забили его насмерть палками. Несмотря на такую страшную и нелепую смерть, о нем никто не жалел. А уж меньше всех — Гарри Поттер.

Рубрика: Рассказы.
Подписка RSS: комментарии к записи, все записи, все комментарии.

Комментариев: 1

  1. Мирослав Холоденков пишет:

    :) Забавно.

Оставьте свой отзыв!





Подписка на новые записи


Наши группы в соцсетях:

Одноклассники В контакте Face Book Мой мир